Грянул гром. Чашка неба расколота.
Разорвалися тучи тесные.
На подвесках из лёгкого золота
Закачались лампадки небесные.
Отворили ангелы окно высокое,
Видят — умирает тучка безглавая,
А с запада, как лента широкая,
Подымается заря кровавая.
Догадалися слуги божии,
Что недаром земля просыпается,
Видно, мол, немцы него́жие
Войной на мужика подымаются.
Сказали ангелы солнышку:
«Разбуди поди мужика, красное,
Потрепи́ его за голо́вушку,
Дескать, беда для тебя опасная».
Встал мужик, из ковша умывается,
Ласково беседует с домашней птицею,
Умывшись, в лапти наряжается
И достает сошники с пали́цею.
Думает мужик доро́гой в кузницу:
«Проучу я харю пога́ную».
И на ходу со злобы тужится,
Скидает с плечей сермягу рваную.
Сделал кузнец мужику пику во́струю,
И уселся мужик на клячу брыкучую.
Едет он доро́гой пёстрою,
Насвистывает песню могучую,
Выбирает мужик дорожку приметнее,
Едет, свистит, ухмыляется,
Видят немцы — задрожали ду́бы столетние,
На дубах от свиста листы валятся.
Побросали немцы шапки медные,
Испугались по́свисту богатырского…
Правит Русь праздники победные,
Гудит земля от звона монастырского.